www.archive.gov.tatarstan.ru

Вторник, 23 октября 2018

Главная страница  Гостевая книга
ГОСКОМАРХИВ РТ НА РТ ЦГА ИПД РТ ГА ДЛС РТ ЦГА АД РТ ГАП РТ Журнал "Гасырлар авазы - Эхо веков"
и его приложения

Национальный архив Республики Татарстан > Выступления сотрудников архива >

«Архивы Татарстана в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 гг.: эвакуация документов ГАФ СССР в Казань» Версия для печати


Архивы Татарстана в годы Великой Отечественной войны 1941-1945 гг.:
эвакуация документов ГАФ СССР в Казань

Вот уже 65 лет отделяют нас от времени окончания Великой Отечественной войны, ставшей тяжелейшим испытанием для нашей страны. В юбилейный год рассматриваются и оцениваются многие исторические события, связанные с войной. Определенный интерес, на наш взгляд, вызывает история архивного дела в этот период, в том числе в региональном разрезе.
К началу Великой Отечественной войны архивная служба Татарстана, как и архивная служба всей страны, претерпела значительные изменения. В 1938 г. Центральное архивное управление СССР переходит в ведение Наркомата внутренних дел СССР. В 1939 г. в ведение НКВД ТАССР переходит архивная служба Татарстана.

Нападение гитлеровской Германии на СССР повлекло за собой перестройку работы всех архивов страны на военный лад. Работа архивов строилась в соответствии с приказом НКВД СССР от 30 августа 1941 г. «Об охране государственных архивов в военное время», где основными задачами архивов были определены обеспечение сохранности документов Государственного архивного фонда СССР и их всестороннее использование в интересах защиты Отечества от фашистских захватчиков.
На первый план вышла проблема эвакуации архивных документов из западных областей СССР на восток. Первоочередной эвакуации подлежали документы, характеризующие обороноспособность советского государства, секретные документы, имеющие оперативно-чекистское значение, списки и картотеки на шпионов, провокаторов, диверсантов, чинов полиции, жандармерии, троцкистов и другие контрреволюционные элементы, а так же наиболее ценные в научно-историческом отношении фонды и учетно-справочный аппарат архивов (описи, картотеки, указатели и т.п.).

В соответствии со сводкой Главного архивного управления НКВД СССР о результатах эвакуации документальных материалов республиканских, краевых и областных государственных архивов от 2 апреля 1942 г. всего было эвакуировано около 7 % документов прифронтовых районов страны. Причем, среди вывезенных архивных материалов преобладали секретные документы, списки, картотеки, учетно-справочный аппарат, а так же документы советского периода. В гораздо меньшей степени обращалось внимание на эвакуацию дореволюционных документов.
Это было обусловлено тем, что архивная система, как и другие отрасли народного хозяйства советского государства, не была готова к войне – не были заранее определены пункты возможной эвакуации, не составлены списки наиболее ценных документов, требующих первоочередного вывоза, эвакуацию проводили не только архивисты, но и сотрудники НКВД, которые не всегда понимали ценность архивных документов.
Однако, благодаря самоотверженности архивистов, в тяжелых условиях войны удалось сохранить часть документального богатства огромной страны.

В Казань были эвакуированы документы из государственных архивов Костромской, Мурманской областей, Центрального госархива Карело-Финской ССР из г. Петрозаводска и его филиала в г. Выборге. Всего в Казань поступило 5 вагонов (900 мест) архивных материалов.
Судя по сводке Главного архивного управления НКВД СССР от 2 апреля 1942 г. из Петрозаводска и Выборга было эвакуировано 33 вагона и 3 баржи с документами. По-видимому, в Казань поступила только часть материалов, остальной материал был рассредоточен в нескольких местах. Это тоже было характерно для организации эвакуации архивов. В результате стихийности и поспешности эвакуации документы одного архива могли размещаться в пяти, а то и в шести пунктах.
Документы сопровождали сотрудники архивов. Из Петрозаводска в Казань прибыла начальник отдела секретных фондов Семкина, из Выборга – научный работник Осипова, от Костромского архива – старший научный сотрудник Мачтин и архивно-технический работник Шанова. Мачтин отвечал также и за сохранность документов Мурманского архива, т.к. представитель архива в Казань не прибыл.

Документы и сотрудники были размещены в одном из зданий Центрального государственного архива ТАССР на ул. Старой. Здесь, в здании бывшей старообрядческой церкви размещались документы отдела дореволюционных фондов. Условия хранения были неплохие, но для размещения эвакуированных пришлось потесниться. Как было указано в обзоре работы архивных органов Татарской АССР от 10 мая 1943 г. «здание каменное, сухое, светлое, но очень перегружено эвакуированными материалами».
Эвакуированные материалы хранились в ящиках и мешках на полу в хранилище. Только старший научный сотрудник Костромского архива Мачтин, написав жалобу зам. наркома НКВД ТАССР, смог до отказа уплотнить казанских архивистов, разместив документы своего архива на стеллажах в отдельной комнате. В этом же здании одна из рабочих комнат была переоборудована под общежитие для эвакуированных архивистов.
Уплотнение в связи с размещением в зданиях Центрального государственного архива ТАССР не только эвакуированных архивов, но и местных организаций (например, три комнаты были заняты прокуратурой по местам заключения и гражданским делам) не лучшим образом сказывалось на условиях работы архивистов. «Научные работники, начальник госархива и часть архивно-технических не имели места для работы, ютились по хранилищам или занимали освобождающиеся столы…Такое положение не могло не сказаться отрицательно на работе Отдела и госархива», - было указано в отчете о работе архивных учреждений ТАССР за 1942 год.

Центральный госархив ТАССР активно занимался экспертизой ценности хранящихся в архиве документов, руководствуясь инструкцией № 1342 от 6 июля 1941 г. и другими указаниями Главного архивного управления НКВД СССР о порядке разгрузки архивов в период военного времени от документальных материалов, не подлежащих постоянному хранению. Так, например, в течение 1942 года на уничтожение было отобрано около 150 тыс. дел, всего на учете в ЦГА ТАССР числилось 1 385 060 дел.
Отбором не подлежащих хранению документов занимались наиболее квалифицированные сотрудники архива, достаточно отметить, что отборочные списки проверялись начальником архива выпускницей Историко-архивного института Марией Николаевной Олимповой. Окончательный вердикт выносила экспертно-проверочная комиссия Отдела госархивов НКВД ТАССР, в состав которой входили наиболее квалифицированные специалисты отдела. Как было отмечено старшим инспектором Управления государственных архивов НКВД СССР И.П.Козлитиным, проверявшим работу татарстанских архивистов в мае 1942 года: «Члены комиссии знают свое дело – опытные архивные работники».
Отбор документов на уничтожение производился в ходе научно-технической обработки фондов. Приведение в порядок архивных документов было очень важно для выполнения второй задачи архивистов в военное время - всестороннее использование архивных документов в интересах защиты Отечества от фашистских захватчиков.

С началом Великой Отечественной войны использование архивных документов было призвано решать, главным образом, задачи идеологического характера. Циркуляром Главного архивного управления НКВД СССР «О научно-издательской работе архивных органов НКВД в связи с Отечественной войной народов СССР против фашистской Германии» от 7 августа 1941 г., ставилась задача «Показать героическую борьбу народов СССР с немецкими варварами». При этом основной акцент делался на обращение к историческому опыту, использование его в качестве примера для подражания. Эта установка нашла отражение, в первую очередь, на характере публикаций. Только в первый год войны татарстанскими архивистами были опубликованы статьи «Казанцы и Отечественная война 1812 года», «Гражданская война и партизанское движение на территории Татарии в годы гражданской войны», «Фронт и тыл в годы гражданской войны».
Много внимания уделялось выявлению документов для сборников, однако из-за нехватки бумаги и отказа в ассигновании в военный период был издан только один сборник «Письма с фронта: уроженцы Татарии - участники Великой Отечественной войны с фашистской Германией».

Архивные документы широко привлекались для решения актуальных задач хозяйственного строительства, стратегических военно-оборонных вопросов. Согласно решения Совета Управления государственных архивов НКВД СССР от 18 февраля 1943 г. Отдел госархивов НКВД ТАССР усилил работу по использованию важнейших фондов дореволюционного периода, содержащих сведения о природных богатствах республики, связавшись с соответствующими отделами Госплана ТАССР, по заданию которых было проведено выявление документов по вопросам месторождений меди, соли, серы, битума, гудрона, торфа и нефти на территории Татарии, по водоснабжению Татарии в 1905-1907 гг.
Важнейшим направлением деятельности архивистов в годы войны стало использование документальных материалов в оперативно-чекистских целях - выдача справок по запросам органов НКВД и НКГБ. Для этого производилась разработка фондов и поиск информации о лицах, входящих в круг подозреваемых. Затем эти лица ставились на карточный учет, на них составлялись списки-справочники, которые передавались в оперативный отдел Наркомата госбезопасности. Так, по материалам архивов Татарской АССР по состоянию на 1 января 1945 г. было взято на учет более 46 тыс. человек, среди них сотрудники охранных отделений, полиции, жандармского управления, руководящий состав учреждений периода Временного правительства, члены антисоветских политических партий (монархисты, кадеты, эсеры, меньшевики, троцкисты, анархисты и др.), иностранные подданные, проживающие на территории Татарии, военнопленные, лица, выезжавшие за границу, миссионеры, офицеры и добровольцы белой армии и т.п. Из 399 поступивших в 1943 году биографических запросов, 152 были исполнены по секретным фондам, т.е. оперативно-чекистской направленности.

Исполнением запросов занимались и эвакуированные архивисты. Они вручную растаскивали коробки, ящики и мешки с документами. Только они могли профессионально разобраться в этих массивах. Более того, отрицательные ответы по запросам НКВД и НКГБ по причине неразобранности материалов не принимались. Как было указано в письме УНКВД Москвы и Московской области: «разъясняю: 1) отрицательные ответы на запросы допустимы только в одном случае – когда в архиве нет необходимых материалов (сведений) для наведения справки. 2) В остальных случаях надо немедленно и безоговорочно отрабатывать вопрос независимо от размещения материалов».
Особая тема – осуществление эвакуации ведомственных архивов. Распоряжением СНК СССР от 5 июля 1941 г. руководителям наркоматов и центральных учреждений СССР и РСФСР поручалось провести своевременную эвакуацию всей ценной документации вглубь страны. При этом предписывалось разгрузить архивы и текущее делопроизводство наркоматов и учреждений от материалов, не имеющих оперативного и научно-исторического значения.

По данным Управления НКВД СССР на 5 апреля 1942 г. по 70 наркоматам и центральным учреждениям, в которых к началу войны хранилось 8 243 353 дела, в порядке разгрузки была отобрана к уничтожению примерно половина всего объема – 4 461 397 дел, эвакуировано 2 273 721 дело.
В Казань были эвакуированы архивы Президиума Академии наук СССР и ее 17 институтов, Наркомата пищевой промышленности СССР и его 15 главков, наркоматов финансов СССР, здравоохранения СССР и РСФСР, резиновой промышленности СССР, Главного управления гражданского воздушного флота СССР.
По результатам обследования, которое проводилось Отделом госархивов НКВД ТАССР в январе 1942 г. Главное управление гражданского воздушного флота СССР эвакуировало в Казань 14 830 ед.хр., перед эвакуацией было уничтожено 35 455 ед.хр.; Наркомат финансов СССР эвакуировал 54 000 ед.хр., уничтожено 90 000 ед.хр., оставлено в Москве 97 793 ед.хр.; Наркомат здравоохранения СССР эвакуировал 9 300 ед. хр., сведений по уничтоженным документам управляющий делами Наркомздрава дать не смог, т.к. «уничтожение было произведено без учета»; Наркомат здравоохранения РСФСР эвакуировал 28 216 ед. хр., было уничтожено 67 220 ед.хр.; Наркомат резиновой промышленности СССР эвакуировал 37 000 ед.хр., уничтожено 16 000 ед.хр., оставлено в Москве 5000 ед.хр.; Наркомат пищевой промышленности СССР эвакуировал 60 000 ед.хр., уничтожено 100 000 ед.хр., главки эвакуировали 104 162 ед.хр., уничтожили 82 215 ед.хр. Нужно сказать, что по главкам Наркомпищепрома полные сведения собрать не удалось – Сахаропромпроект не дал сведения по уничтоженным документам, документы Главспирта на момент обследования находились в пути, документы Главкондитера и Главтабака остались в Москве, часть документов Главмаргарина и документы Энергопромпроекта «застряли на пристани Касимово».

Академия наук СССР эвакуировала в Казань 15 000 дел, состоящие преимущественно из личных дел членов Академии и протоколов заседаний Президиума. Институты эвакуировали 13 222 дела. В состав эвакуированных документов вошли рукописи научных трудов, планы и отчеты о научной деятельности, протоколы заседаний ученых советов, стенограммы научных заседаний, переписка, бухгалтерские документы, личные дела сотрудников. Так, например, среди документов Московской биогеохимической лаборатории АН СССР находились материалы научных экспедиций, переписка академика В.И.Вернадского с директором института профессором А.П.Виноградовым.
Как значится в официальных ответах Академии наук СССР и ее институтов в большинстве случаев документы  перед эвакуацией не уничтожались, основные архивы были оставлены в Ленинграде в Архиве Академии наук СССР и в Московском отделении Архива АН СССР.
В мае 1942 года в Казани проходило кустовое совещание работников ведомственных архивов наркоматов и центральных учреждений СССР, РСФСР и Татарской АССР, на котором с докладом «Задачи ведомственных архивов в военное время» выступил старший инспектор Управления государственными архивами НКВД СССР И.П.Козлитин.

В резолюции совещания было отмечены наркоматы, допустившие уничтожение ценных документальных материалов при проведении работы по разгрузке архивов от документов, не подлежащих хранению – Наркомат земледелия РСФСР, Наркомат совхозов СССР. По данным, опубликованным О.Н.Копыловой на основании документов ГАРФа, Наркомат зерновых и животноводческих совхозов СССР уничтожил около 10 тыс. ед.хр. за 1934-1940 гг., оставив на хранении лишь 990 ед.хр. Среди уничтоженных Наркомземом РСФСР в июле и октябре 1941 г. документов – анкеты 2-го Всероссийского агрономического съезда, годовые отчеты плодовых совхозов, документы Главного управления плодоводства, планы 1-й и 2-й пятилеток.
Наркомзем РСФСР был отмечен в резолюции и среди тех, кто не обеспечил своевременную эвакуацию документов, что также привело к уничтожению части ценных материалов, здесь был назван также и Наркомздрав СССР. Косвенно этот факт подтверждают данные обследования эвакуированных в Казань ведомственных архивов, о котором говорилось выше. При обследовании Наркомздрав СССР, единственный из всех, не мог указать количество хранившихся в архиве до войны документов и количество уничтоженных  документов, да и количество эвакуированных документов – 9300 дел слишком небольшое для такого крупного наркомата.
Этот вопрос затрагивался и в выступлениях участников совещания. Так, например, зам. начальника архива Наркомата резиновой промышленности СССР говорил о том, что с эвакуацией они запоздали, потому что руководство наркомата вопросами архива не занималось. Благодаря усилиям самих архивистов удалось упаковать и эвакуировать документы, однако из-за плохой организации архив застрял на барже, и большая часть материалов подмокла. Говорили о невнимании руководства к вопросам архива и другие выступающие.

Такое отношение к документам ведомственных архивов, к их сохранности в какой-то степени связано с преобразованием в октябре 1941 г. Главного архивного управления в Управление государственными архивами НКВД СССР, которое основное внимание сосредоточило на сохранности документов государственных архивов, а ответственность за обеспечение сохранности ведомственных архивов была возложена на руководителей наркоматов, учреждений, организаций, что для них было лишь еще одной нагрузкой.
Важнейший вопрос в обеспечении сохранности эвакуированных документальных материалов это их размещение. Руководствуясь рекомендациями совещания, Отдел госархивов НКВД ТАССР провел обследование условий хранения эвакуированных ведомственных архивов. В целом состояние хранения документов можно было признать удовлетворительным. Архивы Главного управления гражданского воздушного флота СССР, Наркомата резиновой промышленности СССР, наркоматов здравоохранения СССР и РСФСР располагались в сухих, изолированных помещениях. Документы хранились в основном в упакованном виде, но с возможностью их использования в работе учреждений и выдаче справок, часть документов наркоматов здравоохранения располагались на стеллажах.
Документы Наркомата пищевой промышленности СССР располагались в двух помещениях, оба помещения в удовлетворительном состоянии, в одном из них имелись стеллажи, по архивным документам велась активная справочная работа. Не такая радужная картина наблюдалась в архивах подведомственных наркомату главков: в шести из семи обследованных главков, несмотря на активную справочную работу, документы хранились в сырых неприспособленных помещениях. Этот факт подтверждает один из тезисов резолюции кустового совещания, где Наркомпищепром СССР назван среди наркоматов, слабо руководящих работой архивов подведомственных им учреждений.

Согласно распоряжения Управления госархивов НКВД СССР от 27 января 1943 г. было произведено обследование состояния хранения документальных материалов Академии наук СССР и ее 17 институтов. Документы институтов хранились в закрытых шкафах в помещениях канцелярии, кабинетах директоров институтов, активно использовались. Так, например, в кабинете директора Института физических проблем АН СССР академика П.Л.Капицы в несгораемом шкафу хранились его научные труды, секретная переписка, личные дела сотрудников. Документы Президиума АН СССР хранились в упакованном виде в отдельном помещении Казанского госуниверситета, подготовленные к перевозке в Москву и в Свердловск, по месту дислокации Президиума АН СССР.
Реэвакуация архивов началась уже в 1942 году, после разгрома немецко-фашистских войск под Москвой, хотя эвакуация архива вслед за действующим учреждением архивными органами не приветствовалась. Не торопиться с реэвакуацией ведомственных архивов призывала и резолюция кустового совещания.

Первым в феврале 1942 года вместе с наркоматом в Москву вернулся архив Наркомата финансов СССР, в марте 1943 года – архив Наркомата здравоохранения СССР.
В 1944 году были реэвакуированы документы государственных архивов Карело-Финской республики и Костромской области, часть документов госархива Мурманской области. В первом квартале 1945 г. была завершена реэвакуация Мурманского госархива.
Задача, поставленная перед архивистами самой историей, была выполнена. Документы ГАФ СССР, сохраненные усилиями казанских архивистов и сотрудников эвакуированных архивов, отправлялись домой.

Заместитель директора Национального архива Республики Татарстан
Н.Д.Нерозникова


Поиск по сайту
Расширенный поиск

Краткая история
Положение о Национальном архиве Республики Татарстан
Состав документов
Новые поступления документов
Научно-справочный аппарат
Тематические базы данных
Издательская деятельность
Научно-справочная библиотека
Читальный зал
Юбилейная летопись: 100-летие образования ТАССР (1920-2020 гг.)
Выставки
К 70-летию Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.
Выступления сотрудников архива
Запросы, исполняемые архивом
Услуги
Путеводитель
Архивы организаций
Контактная информация